Новые проекты в российской нефтегазовой отрасли, в том числе на арктическом шельфе, обещают дальнейший рост внутреннего рынка антикоррозионных покрытий.
Пандемия COVID-19 оказала огромное, но краткосрочное влияние на мировой рынок углеводородов. В апреле 2020 года мировой спрос на нефть достиг самого низкого уровня с 1995 года, что привело к падению базовой цены на нефть марки Brent до 28 долларов за баррель после самого быстрого роста избыточных запасов нефти.
В какой-то момент цена на нефть в США даже впервые в истории стала отрицательной. Однако эти драматические события, похоже, не останавливают деятельность российской нефтегазовой отрасли, поскольку прогнозируется быстрое восстановление мирового спроса на углеводороды.
Например, МЭА ожидает, что спрос на нефть восстановится до докризисного уровня уже в 2022 году. Рост спроса на газ – несмотря на рекордное снижение в 2020 году – в долгосрочной перспективе должен частично возобновиться благодаря ускоренному глобальному переходу на использование угля для производства электроэнергии.
Российские гиганты «Лукойл», «Новатэк», «Роснефть» и другие компании планируют запустить новые проекты в области добычи нефти и газа как на суше, так и на арктическом шельфе. Российское правительство рассматривает разработку своих арктических запасов с использованием СПГ в качестве ключевого элемента своей энергетической стратегии до 2035 года.
На этом фоне российский спрос на антикоррозионные покрытия также демонстрирует оптимистичные прогнозы. По данным исследования московского аналитического центра Discovery Research Group, общий объем продаж в этом сегменте в 2018 году составил 18,5 млрд рублей (250 млн долларов). Импорт покрытий в Россию составил 7,1 млрд рублей (90 млн долларов), хотя, по мнению аналитиков, импорт в этом сегменте имеет тенденцию к снижению.
Другое московское консалтинговое агентство, Concept-Center, оценило объем продаж на рынке в 25 000–30 000 тонн в физическом выражении. Например, в 2016 году рынок антикоррозионных покрытий в России оценивался в 2,6 млрд рублей (42 млн долларов). Считается, что рынок стабильно растет в последние годы со средним темпом роста в два-три процента в год.
Участники рынка выражают уверенность в том, что спрос на покрытия в этом сегменте будет расти в ближайшие годы, несмотря на то, что влияние пандемии COVID-19 еще не ослабло.
«Согласно нашим прогнозам, спрос [в ближайшие годы] немного возрастет. Нефтегазовой отрасли необходимы антикоррозионные, термостойкие, огнезащитные и другие виды покрытий для реализации новых проектов. При этом спрос смещается в сторону однослойных полифункциональных покрытий. Конечно, нельзя игнорировать последствия пандемии коронавируса, которая, кстати, еще не закончилась», — сказал Максим Дубровский, генеральный директор российского производителя покрытий «Акрус». «При пессимистическом прогнозе строительство [в нефтегазовой отрасли] может идти не так быстро, как планировалось ранее».
Государство принимает меры для стимулирования инвестиций и достижения запланированных темпов строительства.
Неценовая конкуренция
Согласно данным издания Industrial Coatings, на российском рынке антикоррозионных покрытий представлено как минимум 30 игроков. К ведущим зарубежным игрокам относятся Hempel, Jotun, International Protective Coatings, Steelpaint, PPG Industries, Permatex, Teknos и другие.
Крупнейшими российскими поставщиками являются компании Akrus, VMP, Russian Paints, Empils, Московский химический завод, ZM Volga и Raduga.
За последние пять лет некоторые нероссийские компании, включая «Йотун», «Хемпель» и «ППГ», локализовали производство антикоррозионных покрытий в России. За таким решением стоит очевидная экономическая целесообразность. По оценкам Азамата Гареева, главы ЗИТ «Россильбер», срок окупаемости запуска новых антикоррозионных покрытий на российском рынке составляет от трех до пяти лет.
По данным компании Industrial Coatings, этот сегмент российского рынка лакокрасочных материалов можно охарактеризовать как олигопсонию – форму рынка, при которой количество покупателей невелико. В то же время количество продавцов велико. У каждого российского покупателя есть свой довольно строгий внутренний набор требований, которым должны соответствовать поставщики. Разница между требованиями клиентов может быть существенной.
В результате, это один из немногих сегментов российской лакокрасочной промышленности, где цена не является одним из главных факторов, определяющих спрос.
Например, по данным российского реестра поставщиков покрытий для нефтегазовой отрасли, «Роснефть» одобрила 224 вида антикоррозионных покрытий. Для сравнения, «Газпром» одобрил 55 покрытий, а «Транснефть» — только 34.
В некоторых сегментах доля импорта достаточно высока. Например, российские компании импортируют почти 80 процентов лакокрасочных материалов для оффшорных проектов.
Конкуренция на российском рынке антикоррозионных покрытий очень высока, заявил Дмитрий Смирнов, генеральный директор Московского химического завода. Это подталкивает компанию к тому, чтобы удовлетворять спрос и запускать новые линии по производству покрытий каждые пару лет. Компания также управляет сервисными центрами, контролирующими нанесение покрытий, добавил он.
«Российские лакокрасочные компании обладают достаточными мощностями для расширения производства, что позволило бы сократить импорт. Большая часть покрытий для нефтегазовых компаний, в том числе для морских проектов, производится на российских заводах. В настоящее время для улучшения экономической ситуации для всех стран важно увеличить объем производства товаров собственного производства», — сказал Дубробский.
В числе факторов, препятствующих расширению доли российских компаний на рынке, называется нехватка сырья для производства антикоррозионных покрытий, сообщает издание «Промышленные покрытия» со ссылкой на местных аналитиков рынка. Например, наблюдается дефицит алифатических изоцианатов, эпоксидных смол, цинковой пыли и некоторых пигментов.
«Химическая промышленность сильно зависит от импортного сырья и чувствительна к его ценам. Благодаря разработке новых продуктов в России и импортозамещению наблюдаются позитивные тенденции в плане поставок сырья для лакокрасочной промышленности», — сказал Дубробский.
«Необходимо и дальше наращивать мощности, чтобы конкурировать, например, с азиатскими поставщиками. Наполнители, пигменты, смолы, в частности алкидные и эпоксидные, теперь можно заказывать у российских производителей. Рынок изоцианатных отвердителей и функциональных добавок обеспечивается в основном импортом. Вопрос о целесообразности развития нашего производства этих компонентов необходимо обсудить на государственном уровне».
Покрытия для морских проектов в центре внимания.
Первым российским проектом на шельфе стала ледостойкая стационарная нефтедобывающая платформа «Приразломная» в Печорском море, к югу от Новой Земли. «Газпром» выбрал краску Chartek 7 от компании International Paint Ltd. Сообщается, что компания закупила 350 000 кг покрытий для антикоррозионной защиты платформы.
Другая российская нефтяная компания, «Лукойл», эксплуатирует платформу «Корчагин» с 2010 года, а платформу «Филановское» — с 2018 года, обе расположены в Каспийском море.
Компания Jotun предоставила антикоррозионные покрытия для первого проекта, а Hempel — для второго. В этом сегменте требования к покрытиям особенно строгие, поскольку восстановление покрытия под водой невозможно.
Спрос на антикоррозионные покрытия для морского сегмента связан с будущим мировой нефтегазовой отрасли. России принадлежит около 80 процентов нефтегазовых ресурсов, расположенных под арктическим шельфом, и основная часть разведанных запасов.
Для сравнения, США владеют лишь 10 процентами ресурсов шельфа, за ними следуют Канада, Дания, Гренландия и Норвегия, которые делят между собой оставшиеся 10 процентов. Оценочные разведанные запасы нефти на шельфе России составляют пять миллиардов тонн нефтяного эквивалента. Норвегия значительно отстает с доказанными запасами в один миллиард тонн.
«Однако по ряду причин – как экономических, так и экологических – эти ресурсы могут остаться невостребованными», – сказала Анна Киреева, аналитик природоохранной организации Bellona. «По многим оценкам, мировой спрос на нефть может стабилизироваться уже через четыре года, в 2023 году. Огромные государственные инвестиционные фонды, которые сами были созданы на основе нефтяной отрасли, также отказываются от инвестиций в нефтяной сектор – этот шаг может спровоцировать глобальный переток капитала от ископаемого топлива, поскольку правительства и институциональные инвесторы будут вкладывать средства в возобновляемые источники энергии».
В то же время ожидается, что потребление природного газа будет расти в течение следующих 20-30 лет, а газ составляет основную часть российских ресурсных запасов не только на арктическом шельфе, но и на суше. Президент Владимир Путин заявил, что стремится сделать Россию крупнейшим в мире поставщиком природного газа – что маловероятно, учитывая конкуренцию Москвы со стороны Ближнего Востока, добавила Киреева.
Однако российские нефтяные компании утверждают, что шельфовый проект, скорее всего, станет будущим российской нефтегазовой отрасли.
В компании «Роснефть» заявили, что одним из главных стратегических направлений является разработка углеводородных ресурсов на континентальном шельфе.
Сегодня, когда открыты и разработаны почти все основные наземные нефтегазовые месторождения, а технологии и добыча сланцевой нефти стремительно развиваются, тот факт, что будущее мировой нефтедобычи находится на континентальном шельфе Мирового океана, неоспорим, говорится в заявлении «Роснефти» на её сайте. Российский шельф имеет самую большую площадь в мире: более шести миллионов квадратных километров, и «Роснефть» является крупнейшим владельцем лицензий на российский континентальный шельф, добавила компания.
Дата публикации: 17 апреля 2024 г.
